Основанная на реальных событиях история немецкого судна, занимавшегося спасением беженцев.
«23 000 жизней» — один из редких поджанров фильмов о лодках (на основе реальных событий): фильмы о лодках, в которых действительно есть лодки. В данном случае в центре внимания — конкретное судно, « Иувента» , старая развалюха, отремонтированная предприимчивыми молодыми немцами в 2016 году, чтобы они могли бросить вызов бурным водам Средиземного моря и спасти жизни африканских беженцев на спасательных плотах. Все мы видели ужасающие фотографии плотов, переполненных отчаявшимися мигрантами, находящихся в миллиметре от опрокидывания, и организация, известная как «Югенд Реттет» (примерный перевод: «Молодежь спасает»), поклялась что-то с этим сделать — и в итоге стала объектом сфабрикованных обвинений в контрабанде и незаконной торговле людьми в Италии. Это драматизация их невероятной истории
Суть: 2015 год. Тысячи беженцев пересекли Средиземное море, спасаясь от африканских стран, опустошенных войной или захваченных жестокими террористическими группировками и ополченцами. Некоторым удалось добраться, многие утонули в пути. Выжило достаточно людей, чтобы заполнить европейские центры для мигрантов до отказа, что побудило страны закрыть свои границы. Лукас ( Луис Хофманн ), молодой продавец в продуктовом магазине, видит эти истории в новостях и наблюдает, как мать-беженка, испытывающая финансовые трудности, говорит своим детям, что они не могут позволить себе купить футбольный мяч в супермаркете. Он приносит продукты из магазина в центр и дает этим же детям желаемый мяч. Жизнь Лукаса кажется немного бесцельной: он расставляет товары на полках и сканирует продукты на кассе, в то время как его соседи по комнате Нина (Катарина Старк) и Мауро (Феличе), а также его девушка Китти (Мала Эмде) учатся в университете. Став свидетелем бедственного положения беженцев как лично, так и косвенно, он определяет свою цель: приобрести корабль и создать гуманитарную спасательную организацию.
Вот тут-то и начинаются настоящие монтажи. Сначала идёт монтаж, посвящённый проведению исследования. Затем — монтаж, посвящённый привлечению поддержки. Третий монтаж наступит после того, как Лукас посетит банк, и представитель скажет: «Это не благотворительная организация», а затем посетит благотворительную организацию, и представитель скажет: «Это не банк». Его называют наивным, и он чувствует себя обескураженным, когда однажды утром к нему присоединяется Нина. Она верит в его миссию и придумывает название Jugend Rettet. Мауро тоже хочет помочь, и они находят студентку факультета коммуникаций, Доминик (Луиза-Селин Гаффрон), которая занимается связями с общественностью, и все они полны энтузиазма, и я думаю, что всё это часть третьего монтажа, монтажа «Молодой задор», но я не уверена, потому что монтажи немного сливаются воедино. Они находят богатого мецената, который выделит деньги на корабль, ремонтируют его (в монтаже «Ремонт», разумеется), крестят, формируют команду — Сорен (Фредерик Лау) руководит спасательными операциями, Виола (Мария Драгус) — капитан, а Су (Сайбон Ван) — врач — и отправляются в море.
Первая миссия «Иувенты » проходит успешно. Группа спасает с плота десятки беженцев, в том числе мать Роуз (Кэти Этоа) и её шестимесячного ребёнка, а также жизнерадостного молодого человека Ламина (Тревор Магая), с которым Лукас заводит дружбу. Появятся ли эти два персонажа позже в фильме, когда они понадобятся? Надеюсь, что да, поскольку эти два актёра показали лучшие актёрские работы в фильме. После того, как Лукас и его команда доставляют беженцев в безопасное место, наступает некоторое падение, следует празднование, а затем ещё один монтаж — «Монтаж новых спасений» — ведущий к ужасно печальному инциденту, который сильно влияет на психологическое состояние Лукаса и Мауро. Они возвращаются домой травмированными. У Мауро случаются панические атаки, а Лукаса мучают кошмары, и он отдаляется от Китти, которая всё это время оставалась преданной учёбе. Она рассуждает о гуманитарных проблемах, в то время как он самоотверженно трудится на передовой. На суше дела идут не гладко: организация Jugend Rettet сталкивается с неизбежным политическим сопротивлением со стороны идеологов, часть власти которых превращается в препятствия, объезды и бюрократические проволочки для судна Iuventa , которое ищет на горизонте суда с беженцами. Помогать людям непросто и нелегко в мире, который часто кажется перевернутым с ног на голову.
На какие фильмы это вам напомнит? Здесь есть пара моментов в стиле «Капитана Филлипса» . А еще мы только что посмотрели документальный фильм HBO «Приветственный стол» , в одном из сегментов которого рассказывается точно такая же история о том, как европейские правительства активно сопротивляются — как в судах, так и на воде — спасательным операциям в Средиземном море.
Игра, достойная внимания: Хофманн умело справляется с ролью центрального персонажа повествования – он абсолютно убедителен в роли идеалиста, часто сталкивающегося с трудностями реальности. Но Этоа и Магая просто великолепны в своих коротких экранных появлениях, выступая в роли эмоциональных крючков, которые вовлекают нас в историю.
Наше мнение: Да, «23 000 жизней» начинается и заканчивается монтажами, причем монтажных сцен в середине тоже немало, создавая «монтажный сэндвич», полностью состоящий из монтажей (так что, строго говоря, это вовсе не «монтажный сэндвич», а хорошо организованная куча монтажей). Это не обязательно критика. Такой прием позволяет фильму охватить большой объем сюжетной информации, двигаясь при этом в хорошем темпе. Режиссер Маркус Голлер и сценаристы Оливер Цигенбальг и Микеле Чинкве прекрасно балансируют между масштабной драмой международной дилеммы, от которой зависит жизнь или смерть, и более мелкими драмами личной жизни персонажей. Если бы они сделали упор на первое, получился бы холодный детектив; если бы они сделали упор на второе, то могли бы рисковать подчеркнуть трудности относительно привилегированных людей.
Таким образом, баланс имеет ключевое значение, и любая критика порой шаблонного тона и структуры сюжета сглаживается его искренностью. Голлер — опытный и внимательный к деталям режиссер, который знает, когда нужно сбавить темп и позволить сцене развернуться, будь то момент отчуждения между Китти и Лукасом, напряженная сцена спасения или прекрасный диалог между Ламином и Лукасом. Бывают моменты, когда сценарий рискует превратиться в список ожидаемых событий: триумфальное спасение, тихий эпизод с беженцем, трудное спасение, столкновения с пиратами, столкновения с политиками и т. д. И он заканчивается поспешно, чтобы не скатиться в судебную драму, что нарушило бы его динамичный темп.
Фильм «23 000 жизней» , впечатляюще снятый на натуре, представляет собой сильную драму, несмотря на несколько очевидные сюжетные ходы, например, споры о необходимости немедленного спасения жизней против более масштабной задачи сотрудничества с властями, которые могут сорвать всю операцию. Фильм не стремится к революционным переменам в жанре «воодушевляющих» историй, но именно это облегчает нам, так сказать, принятие происходящего. Возможно, он и не раскачивает лодку, но моменты, когда лодка буквально качается, затягивают нас и удерживают.